ПЕРСОНАЛЬНЫЙ САЙТ СОВЕТСКИЙ ПОДВОДНИК
Рижское ВВМУ подводного плавания

(1951-1960)


Баннер Главная. Баннер Новости флота. Баннер Обо мне. Баннер Ссылки. Баннер Фотоалбомы. Баннер Литература. Баннер Гостевая



РПЛ СН К-107


К.Я. Богомазов, капитан 1 ранга
ЗАПИСКИ ФЛАГМАНСКОГО ШТУРМАНА.





НА ПОДВОДНОЙ ЛОДКЕ "К-107"


На "К-107" Военно-Морской флаг поднят 25 июня 1960 г.

К месту постоянного базирования в Оленью губу прибыла в конце того же года и влилась в состав 140-й ОБРПЛ, которой командовал капитан 1ранга Сергей Степанович Хомчик.

Первые:

Командир корабля капитан 2 ранга Караваев Борис Александрович.
Старпом капитан-лейтенант Иванов Виктор Егорович.
Замполит Пирожков Юрий Дмитриевич.
Командир БЧ-1 капитан-лейтенант Куликовский Сергей Евгеньевич.
Командир ЭНГ лейтенант Гусев Алексей Иванович.
Командир БЧ-2 капитан-лейтенант Подоксик Аркадий Моисеевич.
Командир группы БЧ-2 лейтенант Шустов Игорь Николаевич.
Командир БЧ-3 капитан-лейтенант Годный Владимир Николаевич.
Командир БЧ-4-сл.Р лейтенант Соловьев Константин Николаевич.
Командир БЧ-5 капитан-лейтенант Баландин Геннадий Михайлович.
Командир группы движения лейтенант Вальчук Петр Прокопьевич.
Начмед лейтенант Бундюк Олег Иванович.

"К-107", 806 заказ на СМП, на 18-й дивизии была самая старшая среди других. Как и подобает в таких случаях, подводная лодка "К-107" сохраняла свое старшинство в дивизии. Командир Б.А. Караваев был признанным авторитетным командиром среди своих друзей-командиров, он пользовался уважением среди всех категорий моряков дивизии. Его экипаж был высокоорганизованный, хорошо подготовленный коллектив подводников. С офицерами подводной лодки "К-107" флагманские специалисты дивизии считались, советовались. Из года в год подводной лодке оказывалось доверие выполнять ответственные задачи.

В 1961 г. подводная лодка выполнила четыре ракетные стрельбы, все они были успешными. На трёх стрельбах руководителем был С.С.Хомчик, на одной - Георгий Михайлович Егоров.

В июле-августе 1961г. экипаж "К-107" принимал участие в ликвидации последствий аварии на атомной подводной лодке "К-19". Дело было так.

В начале июля 1961 г. на ПЛ "К-19" произошла авария с ЯЭУ, после чего "К-19" была прибуксирована и поставлена на бочку на рейде в губе Западная Лица. На ее борту находилось оружие, в том числе баллистическая ракета. Подводной лодке "К-107" была поставлена задача - выгру¬зить с "К-19" и загрузить в свою шахту ракету Р-13.

Задача была выполнена, но не с первого подхода к борту "К-19", так как был достаточно высокий уровень радиации. "К-107" неоднократно подходила через день, через два, через неделю. Каждый раз на катере к нам подходил и высаживался руководитель этой операции НШ дивизии капитан 1 ранга В. Маслов (впоследствии командующий ТОФ). Наконец, ракету погрузили в шахту на ПЛ "К-107", после чего была проведена соответствующая подготовка Р-13, и по плану БП флота выполнена ракетная стрельба под руководством контр-адмирала С.С. Хомчика.

В мае 1962 г. подводной лодке "К-107" была поставлена задача выполнить ракетную стрельбу полным боекомплектом по трем целям. Это были первые шаги на пути освоения нового вида оружия и штурманского обеспечения ракетных стрельб баллистическими ракетами. Навигационный коплекс "Плутон", разработанный в ЦНИИ "Дельфин" (Москва), был очень несовершенным. Два гирокомпаса "Курс-5" были как бы объединены с помощью прибора 43 в единую систему, имевшую название "Маяк". Гирокомпасы имеют свои плюсы, но у них есть и минусы, которые должен был устранить гироазимутгоризонт "Сатурн". Но последний был также несовершенным: велик остаточный дрейф гироазимута, порой непредсказуемо изменчивый.

Был и конструктивный недостаток по вине ЦКБ-16 (ныне "Малахит"), который снижал качество Навигационного комплекса. А именно: основной прибор гиро-азимутгоризонта "Сатурн" был установлен на цистерне мытьевой воды, в которую подавался воздух ВСД по сигналу с вахты: "Команде руки мыть!" В это время деформировалась цистерна № 8 и с нею вместе наклонялся наш "Сатурн", вырабатывающий плоскость истинного горизонта. Этот ляпсус был замечен в гиропосту на "К-107" во время регламентных проверок навигационного комплекса, а конкретнее при проверке астронавигационной системы (АНС) "Лира". Мне и командиру ЭНГ И.Н. Москвичёву хотелось произвести замеры высот светил при нулевых углах крена и дифферента подводной лодки, чтобы видел 3-й оператор в поле зрения два крестика, один из них от верхнего основного коллиматора АНС, а другой - от нижнего коллиматора гирогоризонта. Мы договорились с командиром БЧ-5 Ю.Ф. Буримом, чтобы он по нашей информации выравнивал подводную лодку. И процесс начался. Мы добились нулевых значений крена и дифферента по гироазимутгоризонту "Сатурн". Эти же нулевые значения транслировались в комплекс ракетного оружия, который вместе с нами выверял командир БЧ-2 А.М. Подоксик и его командир группы Л.А. Гайков. Дело шло хорошо до тех пор, пока...

Вскоре на причале появился командир "К-107" Б.А. Караваев, он возвращался из штаба эскадры и обратил внимание, что подводная лодка стоит с большим дифферентом на нос. На его вопрос командиру БЧ-5: "В чём дело, почему создали такой дифферент?" Бурим ответил, что подводная лодка выставлена по нулям штурмана. Вот здесь Борис Александрович выразил свой протест на местном диалекте, как крупный специалист в этой области, и быстро спустился к нам в гиропост, сюда прибыли и Бурим, и Подоксик. Мне пришлось защищаться от нападок командира. Я снял металлический чехол с Центральной корабельной площадки (ЦКП), которая расположена рядом с "Сатурном", измерил на ней углы крена и дифферента, сравнил с показаниями прибора, они совпали. А в это время механик почесал затылок и дал команду вахтенному трюмному: "Нагрузить цистерну № 8 ВСДГ' О, чудо! Изменились показания крена и дифферента...

По этому поводу из Северодвинска прибыл военпред В.Петров. Он согласился, что это конструкторская недоработка, но это была и недоработка нашего 9-го НИИ, Первого НИИ, НИИ оружия и, конечно, ЦКБ-16. Однако это безобразие длилось ещё долго-долго: на всех подводных лодках с НК "Сигма" все три гировертикали и все три гироазимута устанавливались на площадках, расположенных на цистернах мытьевой воды. Сколько трюмный центрального отсека даст-воздуха из магистрали ВСД, одному ему известно, а насколько произойдёт наклон гирогоризонта - не известно никому. Только в инерциальном НК "Тобол" и др. стали устанавливать основные приборы на единую плиту типа Т-21...

Ракетная стрельба тремя ракетами по трем целям была выполнена.

Для подводной лодки "К-107" последовала очередная задача: "Провести транспортные испытания трех ракет Р-13 в течение шести месяцев в различных климатических условиях и различных районах Мирового океана. Определить надежность ракетного комплекса Д-2 и НК "Плутон".

В конце ноября на "К-107" погрузили и заправили все три ракеты ракетным топливом и окислителем. В то время гарантированный срок хранения ракет на подводной лодке в заправленном состояниии был не более трех месяцев.

А что если этот срок продлить до шести месяцев? На этот вопрос должна дать ответ автономка подвод¬ной лодки "К-107".

К дальнему походу готовили подводную лодку и участвовали в этом ответственном и опасном походе: Б.А. Караваев - командир корабля, Б.В. Рудых -старпом, Ю.Д. Пирожков - замполит, Ю.М. Носов- помощник командира, К.Я. Богомазов - командир БЧ-1, И.Н. Москвичев - командир ЭНГ, А.М. Подоксик - командир БЧ-2, Л.А. Гайков-командир группы БЧ-2, В.Н. Родный-командир БЧ-3, К.Н Соловьев.- командир БЧ-4 - сл. Р, Ю.Ф. Бурим-командир БЧ-5, П.П. Вальчук-командир группы движения, О.И. Бундюк - начмед, В.Н. Соболев - командир группы ОСНАЗ, Р.Б. Радушкевич -председатель Гос.комиссии. Прикомандированные на поход: Л.М. Кузнецов -флагмех дивизии, В.Г. Грабов - мнс 9-го НИИ, К.Н.Душко - наблюдающий от ЦКБ-16, представители от других НИИ и ВПК.

Транспортные испытания ракет длились 6 месяцев, из них 78 суток в дальнем океанском походе с заходом в экваториальные широты. Спектр условий плавания был разнообразен. Были шторма, и жестокие, была и прекрасная солнечная погода, над нами было и Солнце в зените, и Полярная звезда - над горизонтом.

Не верилось, что у нас в поселке Ягельный лежит снег. Были дни и ночи, когда температура воздуха в отсеках доходила до +57°. Но моряки стойко переносили трудности в походе, все без исключения верили, что нашим ратным трудом распорядятся как надо.

Наиболее запомнившимися для меня, как для штурмана, были события, которые опишу ниже.

21 марта 1963 г. Полдень. "К-107" находится в подводном положении. Курс 180°. Скорость 6 узлов под РДП (работа дизеля под водой). Широта=23" 27' сев. Д=34° 30' зап. Море - штиль. Высота Солнца в полдень Н=66°33'. Астронавигационная система "Лира" готовится для определения места по дневному светилу, по его близмеридианальной высоте. В штурманской рубке температура +57", выключен автопрокладчик "Терек", чтобы температура не повышалась ещё больше. Входит командир БЧ-5 Ю.Ф.Бурим с упрёком: "Штурман, ты забыл, что сегодня праздник? Сегодня день весеннего равноденствия!" Как его можно забыть? Ведь много раз в день вхожу в МАЕ (Морской астрономический ежегодник) и выбираю координаты Солнца. В этот день склонение Солнца и его прямое восхождение равны нулю. Я выразил признательность Юрию Федоровичу за его осведомленность в нашей области знаний и налил ему в стакан несколько грамм "шила". Юра выпил с большим удовольствием: ведь повод-то какой!

К дню весеннего равноденствия, наложилось ещё одно важное событие: подводная лодка пересекла тропик Рака - это параллель 23° 27' северной широты. "К-107" вошла в тропический пояс широт. Об этом я сообщил по трансляции во все отсеки. В это время мне пришла мысль в голову: подговорить командира всплыть в надводное положение и провести купание моряков рядом с бортом в 2-3-х метрах. Это будет такая психологическая разрядка, которая поможет морякам перенести трудную походную жизнь в отсеках прочного корпуса, где температура стала +57°. "А как же скрытность плаваниия?" Я показал командиру книгу: "Океанские пути мира", издание Гидрографической Службы ВМФ СССР, в которой указаны "проторенные" маршруты двиижения кораблей и судов. Вблизи нашего места нет ни одного маршрута движения.

Борис Александрович согласился со мной и пригла- сил в штурманскую рубку Р.Б. Радушкевича и Ю.Д. Пирожкова. Они как-то тоже легко согласились, но надо бы провести беседу с моряками, чтобы, возвратись в базу, никому об этом не рассказывать. Было принято решение: купание провести по боевым сменам, руководствуясь Корабельным уставом; в носу и в корме корабля установить вахтенных офицеров, вооруженных автоматом Калашникова с патроном в патроннике, чтобы мгновенно перейти на поражение в случае появления акулы; на сигнальном мостике установить дополнительных наблюдателей по секторам наблюдения.

...Личный состав 1-й боевой смены построен на кормовой надстройке. Короткий инструктаж старпома Б.В. Рудыха. Он, в частности, сказал, чтобы не заплывали далее трех метров от борта и что глубина океана в нашем месте 10 тыс. метров.

Так было проведено купание всех трех боевых смен, то есть всего личного состава подводной лодки. Один был курьёзный случай при этом: старшина 1 статьи Ян Зубель химик-санитар-инструктор, высокий-высокий сухо¬щавый молодой человек, вместе со всеми прыгнул в воду, а плавать не умел и стал захлебываться морской водой. Мне пришлось прыгнуть к нему на помощь. Вытащили химика на верхнюю палубу, а он требует в грубой форме, чтобы его отпустили снова "плавать". Тогда командир 1 приказал обвязать его бросательным концом и поддерживать его плавучесть. Рискованное купаниие было ещё 22 и 23 марта. Но, как говорится, всё в меру. Подводники были беспредельно рады проведенному мероприятию. Они между собой поклялись, что не подведут командира, никому не расскажут об этом эпизоде.

В последующие дни, когда Солнце приближалось всё ближе и ближе к зениту, открывалась душевая установка (где надводный гальюн) и подавалась морская забортная вода. Находясь под душем и наслаждаясь им, не верилось, что у нас в Североморске или в поселке Ягельный стоит в разгаре зима. Курсом на юг "К-107" шла около семи суток. По¬мнится, как стая крылатых летающих рыб, спасаясь от хищников, при взлёте ударялась о наклонный трос связной антенны "Леер" и падала на носовую надстройку. Мои рулевые-сигнальщики Никитин, Филиппов, Мирзобаев докладывали в штурманскую рубку об этом.

...В Центральной части Атлантического океана сигналы от береговых станций РНС "Лоран-А" не принимаются, очень большое расстояние до берега. Место подводной лодки определялось единственным способом -по небесным светилам. Предпочитали это делать с помощью навигационного секстана, так как с помощью АНС "Лира" при ее запуске и работающем ГАГ "Сатурне", в гиропосту поднималась высокая температура. Измерять высоты светил с помощью секстана не представляет особого труда, но для точности измерения необходимо искусно владеть этим мореходным инструментом. В практике кораблевождения есть такое понятие как вес обсервации. Вес зависит от точности измерения навигационного параметра. Еще больше вес обсервации увеличивается, если осредняются несколько обсерваций. Произошло как-то исподволь, что большая часть офицеров увлеклась определением места корабля по звездам и Солнцу.

Это все командиры - Караваев, Радушкевич, Рудых, это вахтенные офицеры Носов, Родный, Гайков, кроме Подоксика и Соловьева. Штурманам Богомазову, Москвичеву и Грабову было положено увлекаться астрономией по своей профессиональной принадлежности. Все вышеуказанные командиры, вахтенные офицеры и штурмана после измерения высот светил, расчета обсервованных координат наносили свои места на штурманскую карту. Осреднением мест занимался штурман, предварительно рассчитав вес каждого в отдельности. Вот здесь начинались принципиальные споры и даже ссоры за вес своего места.

Приходилось долго доказывать и рассчитывать по черновым записям вес обсерваций. Так продолжалось после каждых вечерних и утренних сумерек в Центральной Атлантике...

...В заведовании рулевых-сигнальщиков, моих подчиненных, входят рулевые устройства. В походе дважды выходили из строя носовые горизонтальные рули (НГР), точнее сказать привод НГР. Первый раз они вышли из строя при плавании в Центральной Атлантике в условиях сильного шторма. Они перестали заваливаться. Левое перо руля стало безудержно болтаться, рули перестали отваливаться-заваливаться. Всплытие и погружениие осуществлялось с помощью одних кормовых горизонтальных рулей (КГР). В первом отсеке было трудно находиться от постоянных металлических ударов пера руля в носовой надстройке синхронно с качкой корабля. Как только успокоилась стихия, последовало приказание мне и моему подчиненному старшине команды рулевых-сигнальщиков боцману Ивану Ивановичу Пьяных ремонтировать привод НГР.

Вспоминается: гладкая поверхность океана после шторма и могучие длинные волны, создающие килевую качку (подводная лодка двигалась против волны). И.И. Пьяных уложил в подсумок необходимые для ремонта инструменты и банку с тавотом. Одели спасательные жилеты. Закрепились бросательными концами и вдоль леера прошли в носовую надстройку лёгкого корпуса. Моя обязанность - подстраховать боцмана, а его обязанность - подстраховать меня. Очень часто подводная лодка зарывалась носом, мы оказывались в воде. температура которой была +28°, было трудно, но приятно работать в экзотических условиях...

Второй раз НГР вышли из строя после шторма в Норвежском море. Если в тропиках после шторма наступила прекрасная погода, то в Норвежском море в апреле редко бывает штилевая погода. Все-таки выдался день более или менее. И вот мне, как и ранее в тропиках, последовало приказание отремонтировать привод НГР. Всю тяжесть работ выполнял Иван Пьяных. Мне пришлось его оберегать со страховочным концом. Боцман работал, как мне показалось, долго. За это время подводная лодка несколько раз зарывалась носом в воду, волной накрывало всю носовую надстройку, меня и боцмана. Промерз до костей. Ведь температура воды +5°, а спасательный жилет и костюм химкомплекта не спасают. А как же Иван? Наконец, Пьяных выбирается на верхнюю палубу с тяжелыми гаечными ключами, банкой тавота, в резиновом химкомплекте и спасательном жилете, весь посиневший и позеленевший, но улыбающийся. Он просит отвалить-завалить НГР и произвести перекладку на погружение и всплытие. Большое дело сделано. Предлагаю Ивану зайти в штурманскую рубку и выпить полстакана спирта, но он категорически против, сказав, что завязал. Ивана в Ягельной знали все вплоть до начальника политотдела, как боцмана, оправдывающего свою фамилию. Я удивился. За обедом в кают комлании рассказал в лицах и сделал вывод о том, как положительно море влияет на человека.

Корабельный врач Олег Бун-дюк громко расхохотался и сказал, что Иван зашел к нему в лазарет, попросил налить ему ПОЛНЫЙ стакан спирта и сейчас спит под наблюдением врача. 5 мая 1961 г. "К-107" возвратилась из автономного похода с полностью ободранным ограждением ракетных шахт и ходового мостика. Ракетные шахты можно сосчитать - их три, они покрыты ярко красным суриком, своим внешним видом говорили о плавании "К-107" в штормовых условиях.

Подводную лодку в губе Окольная встречал Начальник штаба Северного флота контр-адмирал Г.М.Егоров с группой адмиралов и офицеров. Он провожал "К-107" от стационарного причала в б. Ягельная как командир 12-й ЭПЛ, на этот раз встречал в новом качестве. Георгий Михайлович поздравил перед строем моряков "К-107" с успешным выполнением задач похода, затем подходил к каждому офицеру с рукопожатием и говорил что-то приятное.

Например, Б.А.Караваева поздравил назначением на должность начальника штаба 18-й ДиПЛ, Ю.М.Носова-старпомом на "К-93", А.М. Подоксика-флагманским ракетчиком 35-й ДиПЛ, Ю.Ф. Буриму сказал, что есть приказ о переводе его в среднюю полосу по состоянию здоровья его семьи. Мне сказал, что на Военном Совете флота утвержден кандидатом для поступления в ВМА. Г.М. Егорова сопровождали перед строем новый командир 12-й ЭПЛ контр-адмирал А.Ф. Рыбалко и наш командир дивизии контр-адмирал И.Л. Пархомюк. Перед строем экипажа "К-107" Г.М. Егоров представил нового командира капитана 2 ранга В.А. Антонова, которому было приказано приступить к исполнению обязанностей командира до выхода подводной лодки на ракетную стрельбу ракетами, которые мы возили шесть месяцев...

После роспуска строя Г.М. Егоров в неофициальном тоне, комментируя интересный маршрут похода, задал вопрос командиру: "Купались хотя бы у борта подводной лодки?" Б.А. Караваев ответил: "Купались, соблюдая все меры предосторожности." Начальник штаба флота неодобрительно выслушал, но напряжение у командира было снято, ведь все равно по линии осведомителей это просочилось бы.

Я в это время посматривал в сторону своего дома на ул. Кирова, 4 в Североморске. Дом хорошо виден из губы Окольная. Мои мысли уловил Б.А. Караваев. Он предложил В.В. Владимирову отпустить меня домой пока будут проводить ревизию ракетного комплекса. Борис Александрович сказал, что на это уйдет целый день.

И вот я в инвентарной одежде подводника (меховая канадка, пилотка, сапоги) бегом помчался домой. Встреча была незабываемая. Дочке Марине семь с половиной месяцев и она меня не видела больше трех месяцев. В этот момент не дала мне раздеться - на руки и никто ее не мог добровольно снять. Однако в моем чемоданчике было 78 плиток шоколада (за каждый день плавания по одной) и три банки тараньки, поэтому её старший братик Володя уговорил свою сестрёнку заняться разбором автономного доппайка. Вскоре из окна комнаты мы увидели "К-107" с ободранным штормом ограждением рубки и ракетных шахт. "К-107" направилась из губы Окольная в бухту Ягельная без меня к нашей семейной радости. В.В. Владимиров работал на столе автопрокладчика. Как мне потом рассказывали, в Ягельной встречали "К-107" с оркестром. Экипажи подводных лодок 18-й ДиПЛ стояли в строю по большому сбору. Контр-адмирал В.Ф. Рыбалко по флотской незыблемой традиции вручил жареного поросёнка командиру подводной лодки капитану 2 ранга Б.А.Караваеву. Затем в столовой на берегу был праздничный обед для подводников "К-107".

Новым командиром БЧ-2 назначили старшего лей¬тенанта Валентина Васильевича Жучкова, командира группы БЧ-2 с ПЛ "К-153". Командиром БЧ-5 назначили своего командира группы движения старшего лейтенанта Петра Прокопыча Вальчука. Старшие лейтенанты назначены на должности капитанов 2 ранга!

Ракетная стрельба ракетами, которые возили шесть месяцев была выполнена с оборудованной позиции с отличной оценкой. Контролером в БЧ-1 был флагманский штурман дивизии В.В. Владимиров.

При входе в Кольский залив вошли в плотную полосу тумана. На мостике началось адмиральское волнение. Но вновь назначенный командир В.А. Антонов уверенно управлял подводной лодкой при входе в узкость в условиях плохой видимости. Прежний командир Б.А. Караваев стоял на мостике и не вмешивался в управление кораблем. От штурмана поступали четкие доклады на ГКП. "Зайчик" на столе автопрокладчика следовал по намеченному пути. К плавпирсу № 1 В.А.Антонов подошел блестяще.

В штурманскую рубку вошел контр-адмирал В.Ф. Рыбалко и рукопожатием поблагодарил штурманов за хорошую работу. С В.В. Владимировым останутся добрые отношения на всю оставшуюся Военно-морскую службу.

Ноябрь 1963 г. На корабль прибыл вновь назначенный помощник командира капитан 3 ранга Анатолий Глазунов.

Командир БЧ-4-сл. "Р" К.Н. Соловьёв назначен на строящуюся атомную ПЛ "К-22", командиром которой был В. Поникаровский, вместо Соловьева прибыл его однокашник Радомир Аникин. Командиром группы движения назначен выпускник училища им.Дзержинского Ю. Поваров.

Декабрь 1963 г. - июль 1964 г. ПЛ "К-107" проходила текущий ремонт на СРЗ-35 в Мурманске-17 (Роста). Ремонт есть ремонт, когда все разбросано и не верится, что когда-нибудь все приберется на свои места.

Рабочий класс завода исключительно активно выполнял график ремонтных работ. В штурманской боевой части устанавливалась новая техника: вместо АНС "Лира" установили новое средство,предназначенное для обеспечения подледного плавания (поиск полыней и разводий) и определения места по небесным светилам. Это устройство имело шифр "Зрачок", потом его назвали Телевизионный комплекс наблюдения (ТКН-451), потом - МТ-70. Но до этого слова "потом" пройдет 6 лет на доработку нового технического устройства, так как на "К-107" "Зрачок" Гос. испытания не прошёл.

В окябре 1964 г. заместителя командира по политчасти Ю.Д. Пирожкова на партконференции эскадры избрали секретарём парткомиссии. Юрий Дмитриевич убыл к новому месту службы. Очень порядочный политработник, прекрасный человек во всех отношениях. Он и внешне, и внутренне симпатичный. С ним всегда было приятно работать вместе - проводить воспитательную работу с моряками подводной лодки, в то время я был секретарём парторганизации на "К-107".

В феврале 1965г. старшего помощника Б.В. Рудыха назначили командиром ПЛ "К-88" вместо А.М. Косова, который стал начальником штаба бригады строящихся подводных лодок в Северодвинске. На "К-107" старпомом прибыл Ю.С. Долинин. Справедливости ради надо отдать должное Б.В. Рудыху - он был исключительно самоотверженным трудолюбивым старпомом, очень много сделал для подготовки "К-107" к океанскому плаванию, ответственно нес командирскую вахту в автономке, в чистоте и в порядке содержал подводную лодку. Ему принадлежит заслуга в качественном ремонте корабля на СРЗ-35. После выхода из завода на корабле были качественно отработаны и сданы все курсовые задачи. "К-107" вновь вошла в 1-ю линию боевого ядра ракетных подводных лодок Северного флота.

В марте 1965 г. на "К-107" начались выходы в море на новые Гос.испытания "Зрачка" для оценки возможности и точности измерения высот светил, для наблю¬дения береговых ориентиров в ночное время. В одном из походов трое суток прошли подо льдом. Сначала был мелкобитый лед, потом стали появляться более крупные льдины. Командир подводной лодки В.А. Антонов стремился найти сплошное поле льда, но опасался за столкновение с отдельными льдинами, чтобы не повредить обтекатель ГАС "Арктика", да и за винты тоже опасался. Наконец, подошли к сплошному полю льда. Донесли ОД флота. Получено разрешение на погружение и начало испытаний "Зрачка". Все три телекамеры и центральный прибор работали замечательно. Испытания продолжались на различных глубинах погружения с оценкой наблюдаемости льда и разводий. Проведенные испытания телекамер днем и ночью показали хорошие результаты...

При измерении высот светил сдатчики от Казанского оптико-механического завода пользовались различной инструментальной поправкой, подходящей для данной серии наблюдений, то есть использовался испытанный прием очковтирателей. Но у них этот номер не прошел. На меня стали смотреть злобно и казанцы, и военпред, и ответственный сдатчик. Но что делать? Придя в себя, они стали искать истинную причину, которая была найдена и заключалась в том, что измерительная призма не имела электромагнитного стопорения.

На обратном переходе от кромки льда надо бы определить точное место, но радиомаяк ВРМ-5 Канин Нос подавал неустойчивые сигналы. ВРМ-5 Рыбачий и Панкратьев находились почти на одной линии. Радиопеленг на ВРМ-5 Рыбачий был равен 180°. Ошибки в долготе не было. При подходе на видимость КРМ Цып-Наволокс-кий командир корабля, находясь на мастике, первым обнаружил огонь маяка. В.А. Антонов быстро измерил пеленг, спустился в штурманскую рубку с вопросом: "Какова дальность видимости Цып-Наволок кого с высоты глаза на командирском мостике?" Получив ответ, командир нанес свое место подводной лодки на путевую карту и записал красным карандашом в навигационный журнал.

Командир выполнил требование Корабельного устава по контролю за деятельностью штурмана. Лично сам определил место корабля на подходе к берегу. Получилось очень здорово. Авторитет командира на подводной лодке "К-107" был всегда высок. Это было и при Караваеве, и сохранилось при Антонове. В базе у стационарного причала был выгружен перескоп и вся аппаратура "Зрачка". В Казань - на доработку. Доработанный "Зрачок" был принят на вооружение в 1970 г.

МТ-70 и до сих пор устанавливается на атомных подводных лодках всех проектов. Капитан-лейтенант В.В. Жучков поступил в ВМА. Он очень рационально использовал время пребывания в должности командира БЧ-2, подготовился и успешно сдал вступительные экзамены. В последующем он станет в ВМА им. Кузнецова начальником кафедры стрельбы и боевого применения РО (контр-адмиральская должность), заслуженным работником высшей школы РФ, кандидатом технических наук, профессором.

Командиром БЧ-2 был назначен капитан 3 ранга Валерий Дробот с подводной лодки "К-118".

Сентябрь 1965 г. Автор воспоминаний назначен флагманским штурманом 18-й дивизии подводных лодок. Командиром БЧ-1 на "К-107" стал Илья Никифорович Москвичев. Командиром ЭНГ - выпускник ВВМУ им. Фрунзе лейтенант Николай Васильевич Марков.

В январе 1966 г. В.А. Антонова назначили на строющуюся атомную подводную лодку "К-26", РПК СН пр.667А. Вспоминается такой эпизод: в ночь перед Новым 1966 годом я находился на дежурстве - Оперативным дежурным 12-й Эскадры подводных лодок. Ночью получаю телефонный звонок из медсанчасти гарнизона пос. Ягельный о том, что жена В. А. Антонова родила дочь, самочувствие матери и ребёнка хорошее. Мне удалось дозвониться до квартиры В.А. Антонова и сообщить приятную новость. В их семье это вторая дочь, которую назвали Анной.

Командиром "К-107" стал капитан 2 ранга Юрий Сергеевич Долинин, старшим помощником у него - капитан 3 ранга Фёдор Михайлович ЛуговскоЙ, который вскоре станет командиром "К-107" и будет долго-долго стоять на её командирском мостике, пройдя сложный океанский путь на Тихоокеанский флот, а затем вернётся вместе с "К-107" снова на Северный флот.



Hosted by uCoz